Колонка
Займет времени ≈ 6 мин.


Январь 4, 2018 год
Иллюстрация: Синекдоха Монток
Русская музыка 2017: короткая пульсация
Русская музыка 2017: короткая пульсация

Какой сейчас год?

«Твин Пикс»

Какой сейчас год?

Dark

Скальпель не пришлось точить. Препарировать нечего. В музыкальном плане год был похож на короткий и забавный поход за фастфудом —  ждёшь на кассе, пока в помещении кидаются едой, обсуждают остроту крылышек и покупают полторашку колы по акции. Правда, пара закоулков по пути попались. Набредаешь на старый дворик, когда несешься к друзьям пешком, без такси и наушников, и останавливаешься у затрапезного подъезда, потому что из открытого окна третьего этажа раздаётся она — странно твоя музыка, которую судорожно шазамишь и молишься, чтобы всё-таки нашлась. Добредаешь до друзей и просишь: «Пожалуйста, пожалуйста, давайте будем слушать это». И обязательно потом кто-то остановится под твоим окном. Не ты ли? 

Обсуждали «Грибы» (лёд на то и лёд, чтобы, к всеобщей радости, растаять); Face; баттл Оксимирона и Гнойного и последующее скучное шутовство последнего на ТВ; извивания Луны. Похайпили немножко, пора и честь знать. Не из этого ряда только Хаски – со своей почти омерзительной, но абсолютно родной правдой и макабрической пляской. Была также бойкая группа «Пошлая Молли» с «Нон-стопом», который лучше оригинала, и метким «Супермаркетом», за что 2017-му отдельное мерси. Всё это было своевременно.

2017 год научил менять фокус — использовать любимый приём: отвлекаться от целого, присмотревшись к деталям, к работам, которые в общем шуме абстрагированы от трендов, интроспективны и потому умудряются не только сами смотреть внутрь себя, но и учить этому слушателя. И тогда некогда смотреть на часы.

 

Синекдоха Монток MMXVII — Глава II

Кто эти люди, проходящие стены, и что мы должны им?

Синекдоха Монток — Яблочко (LUV)

Проект «Синекдоха Монток» был бы объясним, если бы существовала магия, были бы какие-то заклинания, которые могли бы сотворить такую силу, которую заключила в себя эта работа. Но это совершенно необъяснимые пять композиций — на уровне слова, звука, темы и визуальной репрезентации они вне времени и значительно выше всяких ожиданий, которые любой новой работе предъявляются. У «Главы II» есть предшественник, будет последователь (о нём рано говорить, он на момент написания этого текста только должен случиться). «Алая песня» в «Главе I» сильнее всего предчувствовала, каким будет следующий альбом: «Сердце — сальто назад, сальто вперёд»


«MMXVII — Глава II» — художественный ровно в той степени, чтобы оставаться естественным и живым, мелодичный, но не до тупоумной выверки звучания, повествовательный, но лаконичный. Его открываешь для себя не как музыкальное нечто, а как литературную штуку в голосе. Здесь понимаешь: у музыки тоже есть цвет, запах, запутанная жизнь и случайная, несправедливая смерть. Впечатление от прослушивания сродни тому, когда ты маленький и еще не умеешь читать, а тебе вслух читают сказки, истории путников, чтобы детское воображение самостоятельно использовало краски — позже понимаешь, тем самым дают знание. Этот механизм оживает вместе с тем, что делается в рамках проекта «Синекдоха Монток». А это почти алхимия.

 

Тальник Музыкайф

На душе пузырьки минеральной воды
Превращаются в звезды

Тальник — Серп

Тальник полностью оправдывает изначально глухое слово «аутентичность». Быть вещью в себе — это вам не модными веяниями ловко жонглировать, здесь нужно наитие, чутье к метафоре, которым проект определенно обладает. Дуэт не ищет никакой славы, но не встретить их во всеобщем потоке — кошмар невстречи. Тальник обращен к советскому, несколько синтетическому звучанию и внешне простым, но глубоким текстам на два голоса — Саши Уколова и Светы Цепкало. В мае мы представили эту работу: «Альбом —катастрофа, несмотря на его утешный лад, разбередит раны, разорвёт бронежилеты, разберёт по позвонкам — настоящее потрясение». Постфактум ощущение не изменилось.

 

 

Макулатура Сеанс

Меня держат силой, не дают пробраться к воспоминаниям

Маулатура — реприза (prod. Рома Англичанин)

Альбом «Сеанс» макулатуры сохранил настрой, свойственный предыдущему «Пляжу»: отчаянная рефлексия, попытка избавиться от болезненного личного с помощью плотной словесной структуры. Настолько плотной, что это можно было бы назвать аудиофильмом. Если в «Пляже» доминантой был голос Сперанского, то «Сеанс» всё-таки альбом Алёхина — такое же тягучий и постлихорадочный, как его трек «реприза». Подозреваем, рядом с этими двумя альбомами должен возникнуть третий, который подведёт черту, выстроит трилогию, которая уже переписала саму группу. Их большой аудиофильм, который требует еще одной части, не нуждается в реквизите — достаточно выйти на сцену и сказать от первого лица, сегодня это большая смелость — быть честным и по-злому ранимым.

 

 

Музыка достигает мишени, когда перерастает музыкальный вакуум, эхом влетает в смежные слои — киноконтекст, в чистое текстовое пространство, в живопись и потому контрольным в голову слушателю. В этой голове пыльных полок нет, есть множественные связи и вибрации. Музыкального сопровождения не существует, попросту музыка не сопровождает, а расширяет границы везде, куда приходит — в этом году, несмотря на огромный её поток, пульсация не была такой сильной.

Период с 2014 года по 2016 разбаловал слушателя — дал ему больше разной, странной, достойной и безумной музыки. Тому самому слушателю, который видел субкультурные всплески, социально-политические кризисы и собственный внутренний рост. Естественно, мы эволюционировали до желания взять больше — больше, чем можем унести.

Всем, кого слушали, к кому приходили на концерты, о ком писали — хвалили и ругали, можно выразить недежурную благодарность. Как говорится, пацаны подтвердят.

 

Случайный постскриптум

Еще три альбома как минимум заслуживают внимания, как максимум — похищают всё время на прослушивание музыки:

 

Kedr Livansky “Ariadna”


 

Аффинаж «Сделай море»

 

АИГЕЛ «1190».