24 октября
сlipping. выпустили новый альбом
сlipping. выпустили новый альбом
20 октября
Новые серии сериала «Эйфория» выйдут уже в этом году
Новые серии сериала «Эйфория» выйдут уже в этом году
16 октября
Новости русской хонтологии: Тальник — «Снипс»
Новости русской хонтологии: Тальник — «Снипс»
15 октября
«Зашел, вышел»: метафизика денег от «Кровостока»
«Зашел, вышел»: метафизика денег от «Кровостока»
14 октября
«Дискотека»: группа «Молчат дома» выпустила новое видео
«Дискотека»: группа «Молчат дома» выпустила новое видео
07 октября
«На ножах» выпустили полноформатный альбом
«На ножах» выпустили полноформатный альбом
02 октября
Короткий метр «Саша, вспомни»
Короткий метр «Саша, вспомни»
02 октября
Дайте танк (!) выпустили «Человеко-часы»
Дайте танк (!) выпустили «Человеко-часы»
26 сентября
«Никогда-нибудь» — Место, где кончилось насилие
«Никогда-нибудь» — Место, где кончилось насилие
26 сентября
Лучшие мобильные фотографии за неделю. 20-26 сентября
Лучшие мобильные фотографии за неделю. 20-26 сентября
25 сентября
Новый альбом Хаски — «Хошхоног»
Новый альбом Хаски — «Хошхоног»
22 сентября
Марк Чепмен извинился перед Йоко Оно за смерть Леннона
Марк Чепмен извинился перед Йоко Оно за смерть Леннона
21 сентября
Ураганы и радуги: американская группа Salem вернулась с новым видео
Ураганы и радуги: американская группа Salem вернулась с новым видео
19 сентября
Лучшие мобильные фотографии за неделю. 13-19 сентября
Лучшие мобильные фотографии за неделю. 13-19 сентября
19 сентября
Вы это заслужили. My Exercise
Вы это заслужили. My Exercise
Сериал «Русский лес».
Умение быть честным
Сериал «Русский лес». Умение быть честным
Сериал «Русский лес». Умение быть честным
Сериал «Русский лес». Умение быть честным
Сериал «Русский лес». Умение быть честным

Лирика дуэта «макулатура» обретает двухмерную кровь и плоть. По такому случаю Евгений Медведев встретился с Константином Сперанским и Евгением Алехиным, чтобы поговорить о их новом проекте – сериале «Русский лес», трудностях финансирования, главном изъяне сериала «Калифорникейшн» и образе русского интеллигента в современной культуре.

Дистопия: Я слышал, что идея сериала появилась, когда вы путешествовали по России во время гастролей. Как это произошло?

Сперанский: Мы обсуждали сериал “Калифорникейшен”…

Алехин: Да, и мы возмутились, почему еб** у них изображена так неправдоподобно? Давай, говорю, изобразим еб** чуть более правдоподобно. И решили снять свой сериал. Сериал о правдоподобной русской еб**. А потом придумали сюжет, канву на несколько серий, чтобы сбить зрителя с толку, чтобы он подумал, что это история про интеллигенцию. А потом уже вбить туда главную мысль: еб**.

Дистопия: Это получается русская версия “Калифорникейшн” или сериал про еб**?

Алехин: Ну, нет. Все началось с того, что мы поехали в тур, чтобы найти денег, чтобы было чем платить за квартиру.

Дистопия: Во! Это уже правда жизни! Дальше?

Алехин: Денег было мало. На юге никто не любит “макулатуру”. Давайте снимем сериал, чтобы заработать немного денег. Продадим его на телевидение.

Дистопия: Ага! Значит, у вас была мысль продать его на телевидение?

Алехин: Конечно. Сначала хотели, чтобы Нагиев сыграл меня, а Маевского должен был сыграть Александр Цекало.

Дистопия: Правдоподобно. Но смотрите, вы в рамках “макулатуры” и других проектов старались держаться в стороне от популярных трендов, а вот сейчас всю Россию охватила любовь к сериалам и сериалы сейчас главная национальная идея. Почему так сложилось?

Алехин: Сериалы просто это замена толстых романов. Я люблю толстые романы и сериалы люблю. С детства любил сериалы. Я фанат Джозефа Гордона-Левитта по “Третьей планете от солнца” еще. А потом я смотрел “Подростки с улицы Деграсси”, мой любимый был сериал. А потом сериал “Друзья” смотрел, потом “Скорую помощь”, потом “Третью смену”. Все перечислять?

Дистопия: Но они же все юмористические, драматические появились не так давно.

Алехин: Чего?

Дистопия: Я не прав, что ли?

Сперанский: “Твин пикс” появился в начале девяностых. Было много сериалов, “Скорая помощь” не такой уж юмористический. В России вот со времен “Улиц разбитых фонарей” не было п**датых сериалов.

Алехин: Пора спасти Россию.

Дистопия: А дальше как проект развивался? Появилась у вас идея, потом кто к ней примкнул? И как случилось так, что сейчас вы находитесь где-то на западе Москвы, в каком-то офисе?

Алехин: Надо благодарить мою подругу Олю, с которой мы работали на съемках фильма “Темная вода”. Я ей сказал, Оля, помоги мне. Она говорит, а что тебе нужно. Я говорю, денег. Она говорит, нет у меня денег, Женя. Офис нужен, говорю. Она говорит, найду тебе офис. Нашла мне офис. В основном в офисе сижу я, принимаю гостей. Люди приходят на кастинг. Я пишу маркером на ватмане: что у нас есть, что нам еще нужно. В принципе, я мог бы все это делать дома. Вернее, как дома. В том месте, где я сейчас живу. Но лучше иметь нейтральную территорию.

Дистопия: Но вы продолжаете сейчас набирать актеров, если я правильно понял. А какие, собственно, роли достались вам, Константин да вам, Евгений? И кого привлекли в вашу съемочную бригаду?

Сперанский: Мне никакая не досталась пока. Мы сразу придумали, что главную роль сыграет молодой самородок Антон Секисов. Лучший из… эээ… Ну, самый модный из людей сейчас. В России.

Фото: Даша Фиш

Алехин: Мы сначала придумали девиз: “П**дец, тебе, Хабенский”. Ну сам знаешь… Вернее, сам видишь, откуда ты можешь знать. Что нет замены на роль современного русского интеллигента. Ну или не русского, российского.

Сперанский: Русского! Нельзя говорить “российского”.

Алехин: Но Хабенский же еврей!

Сперанский: Ну и что. Спроси у Антона, он русский или нет? Хабенский.

Алехин: (кричит в сторону) Антон! Хабенского можно русским считать? Можно, да. Ладно, не было человека на роль русского интеллигента. И нам стало очевидно, что на такую роль годится только Антон Секисов, автор романа “Кровь и почва”, недавно вышедшего в “Ил-мьюзике”. Превосходный актер, как он показал, снявшись у нас в клипе “Счастье”. Мы знали, что в этом человеке мы не разочаруемся. Он играет главную роль — писателя. Я тоже прошел кастинг по блату. Поскольку я сам режиссер, то подумал, ладно, возьму себя. Для Кости мы придумали роль, что он будет играть бона какого-нибудь.

Сперанский: Я нашиста хочу сыграть поганого.

Дистопия: Вот ты говоришь много-много слов про концепцию сериала, а сколько серий вы прописали, есть ли вообще сценарий?

Алехин: Есть сценарий. Первая серия прописана подробно, остальные есть у меня в бумажном блокноте, в текстовых файлах и в голове.

Дистопия: Сколько серий уже придумал?

Алехин: Восемь — на первый сезон, еще у нас есть канва на второй и третий, если до них дойдет очередь.

Дистопия: Вы хотите отснять пилот и что? Выложите его в свободном доступе или продадите?

Алехин: Скорее всего в свободном, чтобы русские люди его смотрели бесплатно и сами решали, сколько хотят за это платить.

Дистопия: С кем вы сотрудничаете в рамках этого проекта, помимо ваших друзей-кинематографистов? Есть ли издания, которые вас поддерживают и продвигают, люди, которые хотят вписаться в проект, чтобы помочь?

Алехин: Да что-то не очень.

Дистопия: Прям так все печально?

Сперанский: Нам скидывают деньги на электрический кошелек, наверное, слушатели “макулатуры”.

Алехин: Да, люди помогают деньгами. Вот сегодня пришел человек, занес нам пять тысяч рублей, практически спас нас от депрессии. Мы думали, как нам арендовать форму полицейских, в какой убыток мы уйдем? И тут заходит человек и приносит пять тысяч рублей. Какие-то небольшие ресурсы у нас есть, вот “Россия без нас” взяла интервью, человек оттуда помог сделать сайт, мы там разыграли наши книжки.

Дистопия: Вопрос, который, наверняка, интересует поклонников “макулатуры”. На время съемок сериала замораживаете ли вы деятельность группы? И что будет с издательством?

Алехин: Все будет нормально. Концерты “макулатуры” будут 9-го июля в Москве, 10-го — в Петербурге. Еще и записываем альбом. Альбом для души — это отдых. И сериал это отдых. У нас нет работы, мы отдыхаем. И там и там — отдых и подлинное счастье.

Дистопия: А не боитесь, что вас прикроют за этот сериал, как прикрыли во время концерта многострадального?

Сперанский: А как могут прикрыть за сериал?

Дистопия: Да много как, вот сейчас за мат прикрывают.

Алехин: Но у нас стоит 18+.

Сперанский: Не, ну если прикроют, то за**ись.

Алехин: А что, нет сериалов с матом?

Дистопия: Ну на кого-то заводят какие-то дела, но обычно это административка.

Сперанский: Я не знаю, мне кажется, нет оснований для такой х**ни. Я думаю, эти люди не осилят даже первых двух минут серии. Обычно бывает, что попадается какой-нибудь клоун, который стучит и по его заявлению происходит какая-то проверка. Но думаю, что они пока так глубоко под землю не роют.

Дистопия: Я подумал, знаете кого вам надо было позвать на роль канонического интеллигента? Данилу Козловского, вот тогда бы вы точно собрали миллионы просмотров.

Алехин: О, ну конечно.

Сперанский: У Жени аллергия на него.

Алехин:  Я хотел его пригласить, но у меня тут же сыпь выступила.

Сперанский: Это же тот, который миллионы зарабатывает в день?

Алехин: По-моему да, тот самый парень. Я на эту сумму сниму пять серий, которую он получает за съемочный день.

Сперанский: Нужно десять моих кредиток на 130 тысяч рублей, чтобы один его день покрыть.

Дистопия: Каким вы видите зрителя вашего сериала, что это за человек?

Алехин: Любой русский хороший парень. И девушка.

Дистопия: Как я понял, в сериале поднимаются темы творчества и литературы, а какие еще?

Алехин: Основная тема: умение быть честным. Дело в подаче. Сам сериал о панке как стиле жизни. Не знаю, расскажи что-нибудь, сынок. Как оставаться собой! И за**ись тебе. И так же мы снимаем его, когда никто тебе не помогает, кроме тех, кому это интересно.

Сперанский: Взяли мы такую тему — писатель, издатель, мир, на который прежде никто не обращал внимания. У всех же такое представление, что писатели — это те, кого такими провозгласили. Шаргунов, Прилепин, какой-нибудь Беседин. Те, кто по радио, по ТВ, на ток-шоу ходит, называют себя русскими направо и налево. Никто не понимает, как это происходит, каково быть писателем. Их книги просто сами по себе вырастают на полках библио-глобусов, и все. И никто не представляет, что за этим стоит. Что есть какая-то еще альтернативная культура, движуха какая-то. Что Шаргунов и Прилепин это шоумены, что они самопровозглашенные писатели. И это все полное говно. Нужно показать потайную жизнь, которая настоящая, подлинная. Подлинную злобу, любовь, а не х**ту, цена которой три тысячи лайков в фейсбуке.

Фото: Даша Фиш

Дистопия: Чему посвящен первый сезон?

Алехин: Ремеслу.

Сперанский: Да, ремеслу.

Дистопия: Второй сезон?

Алехин: Политике. Если мы до него доживем.

Сперанский: Хочется показать мир гражданских активистов, журналистов, литераторов, веселых, несчастных, безвестных, страдающих. Не преподносить людям готовых, состоявшихся х**л как в сериале вот “Сладкая жизнь”. Откуда они взяли этих персонажей? Может быть, из коридоров торговых центров? Вот нам Россию преподносят в суперобложке, в тройном гандоне, и никто не знает Россию подлинную. Мы пытаемся часть ее показать.

Дистопия: Когда вы планируете закончить пилот и когда будет премьера?

Алехин: Может, “Афиша” захочет выложить, может, мы сами выложим. Планируем закончить ее за июль, но все упирается в деньги. Придется залезать в долги. Возможно, с нашим композитором Антоном Образиной из Jars сделаем концерт с группами, которым это интересно и собранные деньги пустим на озвучку. Тизер у людей вызывает двоякие чувства. Кто-то говорит, где там интрига? Не понятно, как писатель будет разрешать свои внутренние споры. Я бы хотел увидеть такой тизер, говорят, сидит доктор Хаус на стуле, играет в “Тетрис”, а врачи говорят, о, этого пациента может спасти только доктор Хаус. И мы понимаем, что этот **лан, который вместо того, чтобы лечить человека, играет в “Тетрис”, будет его спасать! Не знаю, короче. Может быть, нас ждет поражение. Посмотрим.

Дистопия: Я думаю, что если реже слушать тех, кто дает советы, все будет за**ись.

Алехин: Наверное. Нам есть о чем рассказать. Когда мне в издательстве “Эксмо” сказали, Женя, у нас двести писателей таких как ты. Ты, как они, должен жрать говно. А я говорю, не, что-то не хочу жрать говно. Они мне, тогда иди на х**. И вот я пошел на х**, теперь у нас свое издательство, это оказалось интересней. Надеюсь, что с сериалом получится также. Есть история, которую хочется рассказать. Для этого придется освоить какие-то кинематографические приемы, найти свой язык.

Дистопия: Вы говорите, что сериал посвящен тому, чтобы быть с собой честным. У вас это получается вообще?

Алехин: Нет, конечно.

Дистопия: Но ты послал “Эксмо”, значит поступил по чести, так?

Алехин: Ну я имею в виду, не держать фигу в кармане, не притворяться кем-то. Возможно, тогда дело будет иметь смысл. По этому же принципу все мои проекты существовали. Кроме тех, которые я бросил.

Дистопия: Сперанский, у меня к тебе вопрос. Не думаешь, что в России быть честным сейчас значит быть неудачником?

Сперанский: Мне кажется, стоит говорить о социальной честности. Не продаваться, не заниматься “патриотическим воспитанием молодежи” или какой-нибудь такой х**ней. Есть несколько людей, которые работают на свой образ, на свою социальную роль и работают на нее. А есть люди, типа той же группы Jars, которые просто делают любимое дело. И они вряд ли продадутся когда-либо. Да и нет ничего плохого в том, чтобы быть неудачником. Все, чья судьба меня вдохновляет, были неудачниками, неуместными отбросами.

Дистопия: А сегодня есть моральные идеалы, на которые люди ориентируются, есть ли моральные идеалы?

Сперанский: Но у нас будет фильм не об идеальном интеллигенте. Вот в разное время пытались нащупать этот образ, был же у**ищный фильм “Географ глобус пропил”, там, кстати, Хабенский тоже играл. Все еще писали, что Хабенский за**ал, потому что когда думают о роли интеллигента, никого, кроме Хабенского взять не могут.

Алехин: Мы решили предложить Секисова вам, ребят. Почитайте его книгу “Кровь и почва”. Она выложена у нас на Вконтакте в сообществе “Русский лес”. Вы поймете, что это написал настоящий русский интеллигент. Когда вы посмотрите на него в нашем сериале, вы еще раз в этом убедитесь.

Дистопия: Так он будет новым национальным героем или нет?

Алехин: Ты уже думаешь о том, как его продать.

Дистопия: Я хочу представить, во что это вырастет.

Алехин: Мы тогда уподобляемся людям, которым плевать на процесс. У нас сейчас есть любимое дело. Посмотрим, если кого-то заинтересует — за**ись. Если нет, мы вам его не навязываем, смотрите дальше “Географ глобус пропил” и читайте дальше “1993 или как меня обманула Ксения Собчак”. Ладно, ребята?

Дистопия: Как люди, которые прочитают это интервью и заинтересуются, смогут вам помочь?

Алехин: Они могут купить наши книжки, рассказать о нашем проекте другим.

Сперанский: Есть сообщество на “Вконтакте”, там есть реквизиты Яндекс-кошелька, Сбербанка, Киви-кошелька.

Алехин: Но главное — там есть книга Антона Секисова “Кровь и почва”. Ее я настоятельно рекомендую прочитать. Она уже задает вектор. Говорит, о том, что не все русское, что блестит.

Сперанский: На волосатой шее.

Дистопия: А что ж вы посоветуете молодым людям, которые только собираются книжку написать или фильм снять?

Алехин: Я думаю, пусть определяться с тем, что хотят сказать. Советовать ничего не надо. Е**шьте, ребята. Е**шьте.

Дистопия: Константин?

Сперанский: Под этим, сеньор, я подписываюсь.

Читайте также:
Похоронка: Закулисье ритуальных услуг
Похоронка: Закулисье ритуальных услуг
Короткий метр «Никогда»
Короткий метр «Никогда»
Против ересей: соционика и другие псевдонауки
Против ересей: соционика и другие псевдонауки