ВСЕ КАЖЕТСЯ ГОТОВО

ТЫ ГОТОВ?

ГОТОВ?

Издание "Страха и Отвращения" для меня лично было частью Большой Игры, начатой пять лет назад, когда я вкалывал чернорабочим на английской ферме, и вскоре был с позором оттуда изгнан за примерные достижения в области "химического издевательства" над английским сельским хозяйством, и без меня достаточно "охимизденного" - стоит только взять за вымя последующий Mad Cow Disease. Ночная погоня за мной полиции из города Рочестера напугала, видимо, только окончательно о**евших кроликов с окрестных полей, на которых я имел несчастье наткнуться в кустах, в которых отлеживался, пока надо мной проносились полицейские машины. С творчеством Томпсона меня подробно познакомили старший инспектор британской налоговой полиции, в доме которого, на улице Кромвеля, я остановился после случайного знакомства на распродаже пластинок в Кентербери, и последующее безумие, плавно перетекшее в импровизированный отчет "От Гластонбери к Редингу" - написан опять же в Кентербери с 1 на 2 сентября 94-го за сутки на всем, что попалось мне под руку (там же было и первое упоминание на русском языке о Томпсоне вообще, и о "Страхе и Отвращение" с "Поколением Свиней" в частности). Спустя каких-то несколько дней меня затянуло в водоворот беспорядков, произошедших в Лондоне, когда Тори принимали свой фашистский закон о преступности. Этот б**дский закон привел к запрету бесплатных рейвов, продолжению истории о гнусной провокации против Дженезиса Пи-Орриджа, кормившего с женой голодных детей в Непале, пока в Лондоне спецслужбы изымали весь его годами собиравшийся архив (после этого их самих пришлось кормить), и прочим веселым штукам, о которых даже пингвин не споет на хрустнувшей, как шейные позвонки Гапона, льдине. Но даже полгода спустя я и предположить не мог, что для почти окончательного отъезда в Соединенное Королевство:

1.

Мне придется подделать документы - написать самому себе приглашение от представителя Красного Креста некоего господина Бреннана (хорошо, что не Ричарда Брэнсона, владельца "Virgin"; как мне это сразу в голову не пришло), самому же его подписать и с улыбкой Чеширского кота побежать в английское посольство (вероятно, с таким же выражением на лице Хантер бежал на самолет в Вегасе: "Я решил рискнуть - просто промчаться через ворота терминала с широкой жизнерадостной улыбкой на лице, неся околесицу про "резкое падение спроса на рынке скобяных изделий"). Проблема в получении визы заключалась в том, что некто Ворищев, по совместительству председатель Всесоюзного Общества Слухачей "СКОТ" - "Dirty Little Stukach", как писал Дядя Билл Берроуз, наклепал на меня творческой интеллигенции на "Русской Службе БиБиСи", обвинив в контрабандном провозе килограмма марихуаны. "Напрямую из Лондона"; только не понятно за чем (?!!!), как будто здесь своей нет, особенно используя наши "левые" склады якобы уничтоженного зелья в Управлении Нелегального Оборота Наркотиков; хотя господин Ворищев, возможно, имел ввиду образцы, привезенные на Международную Конференцию с участием сотрудников Интерпола (это нас то!) по Экспертному Контент-Анализу черепно-мозговой структуры Джонни Дэппа после общения с Доктором Томпсоном. Или же его настолько устрашил размах и чистота наших операций, что даже он тогда, по своей простате торговца приглашениями в Голландию, не понял, с кем имеет дело.  Никто мне после этого, естественно, никаких приглашений не прислал, и все знакомые эмигранты отпихивались в своем подлом, отстраненном, холуйско-диссидентском духе, как будто я плотвой, начиненной ЛСД, всю жизнь торговал у памятника Дзержинского.

2.

За пять минут сочинить в посольстве всю историю моих взаимоотношений с господином Бреннаном, начиная с тех самых лет, когда Олимпийский Миша взлетал к экологически чистым е**ням, минуя те времена, когда Пятнистый Миша… (впрочем, вы и сами все знаете - "Номенклатура Мозгового Фонда или Возвращение к Каббалистическому Рейху"), мимоходом коснувшись тех славных дней, когда Маргарет Тэтчер восхищалась ЕБН-ом за организацию стихийной эукуляции у нашей бронетехники (Прямо как в анекдоте: "Снимите этого Сруля!"), и многих других событий, о которых так много любил думать Васисуалий Лоханкин. Все закончилось всеобщим "Цирк-Цирком" - это даже не Шестой, а уже 99-й Рейх.

3.

Устранить группу омерзительных нарколыг, мешавших моему вылету, по причине, которую каждый уважающий себя браток из Университета Патриса Лумумбы должен понимать: Little Pavliki was hacked to stroganoff by the outraged neighbors - good job and all. THUS PERISH ALL TALKING ASSHOLES.

- Вырвать им легкие! И сьесть их!

4.

Поставить всех по факту в Лондоне своим прибытием - картина "Не ждали". "А я был, помимо прочего, "ВИП". В противном случае они, прежде всего, никогда бы не дали мне напрокат "Кадиллак".   А еще через несколько недель мы с моим приятелем Майки Уолласом, бывшим членом ИРА (вышел в отставку после взрыва в Манчестере летом 96-го), грузили грейпфрутами машину, намереваясь отправиться в поездку в поисках Великой Друидской Мечты ("Дал дуба у дуба"). "Шум в тачке был настолько ужасен, - свистел ветер, орало радио и магнитофон", - что начитанные в дороге пленки перевода "Страха и Отвращения" можно было разобрать только в монтажной студии MI6, которая даст сто очков любой Abbey Road. Славного Джи Джи Рогозина ЕБН послал из Кремля на х** за оккультный террор в отношении местных бюрократов за три месяца до описываемых выше событий. Но тогда мы как-то об этом даже и не вспомнили, потому что наш разум отправился в страну огнедышащего перевода всяких полезных для человеческого здоровья веществ и вещей, включая ручные пулеметы и гранатометы (из оффшора в Латинскую Америку и обратно), в "ту последнюю базу, лежащую за солнцем".  

- Верховный спросил меня…

(О чем он спросил тебя, Алекс?)

- "Сражался ли ты или бежал?"

(и что ты ему ответил, Алекс?)

- "…Мы дали им п**ды по полной программе" - We want your brains to pay for further education…  

Arthur Brown

В один из ноябрьских вечеров 96-го мы сидели небольшой компанией в старом рок-н-ролльном пабе "Ковчег", что в двух шагах от Кройдон Хай Стрит. Играла (уже в который раз) "Another Girl, Another Planet" The Only Ones и Майки Уоллас, душа и растлитель нашего общества, отправился к стойке забирать выпивку очередного "раунда". На столе, густо обсыпанный пеплом, лежал теперь уже исторический документ - "Издательский План T-OUGH PRESS в России". На нескольких листах уместилось больше шестидесяти названий - такому каталогу позавидовало бы любое западное издательство. Составляя список мы спорили до хрипоты и крика, прерываясь лишь на очередной залп в глотку, после чего яростный спор возобновлялся с употреблением всех матерных выражений, которые только существуют в английском языке и на жаргоне кокни. "Да, масса всего полезного для России вышло из лондонских пивных. Вековая традиция", - заявил, ехидно усмехаясь, Уоллас и, расставив стопки, плюхнулся на стул рядом со мной.

- Да… Съезд РСДРП, например, - вставил свои тридцать копеек Джей Бей.

- Страх и Отвращение в Лас-Вегасе, - сказал я, вглядываясь в самое начало первого листа.

- Еще не ездил, - откликнулся Уоллас. - Ну что, чин чин, упала…

- Я имею в виду "Страх и Отвращение" Доктора Томпсона, а не твою паскудную бандероль с бутонами пейота, ты, о зоотехник светских раутов и молодежных клубов. Кто посадил на порошок Царя Лестригонов Лайма Галлахера? Кто подсунул его Стелле Маккартни? Растленный хряк… Еще пронесется монгольская конница с боевым кличем "Кхху Уррагах" над аббатством Гластонбери, как предсказывал старый питурик Уорхол…

- Ну да, потому здесь для вас, монголов, специально и открыли в Кройдоне ресторан "Монгольский Окорок", и официанты, прежде чем подать бутылку "Анжуйского", зачеркивают черным фломастером название, и пишут "Монгольское". Так выпьем же, кабан, за то, чтобы все "Вегасы", где нет никакого полета для Птиц Высокого Полета, взлетели на воздух, чему мы, кстати сказать, в буквальном смысле и способствуем.

- Аминь. В мире воров единственный и окончательный порок - это тупость.

И тут, вспоминая о "Страхе и Отвращении", я наткнулся в своей памяти на одно событие… На свою фиктивную свадьбу, на которой гуляло все белое и черное отребье Кентиш Тауна и сотрудники британского Министерства Внутренних Дел (Хоум Оффиса). Я оказался там единственным человеком в костюме и, размахивая бутылкой виски, орал с балкона как муэдзин, зазывая на вечернюю попойку всех прохожих… Мою испанскую жену уже тискал кто-то другой… Кто-то! Его имя я так и не сумел вспомнить. Раздался истошный вопль: "Меня кинули! Кинули!" - это вопил сын депутата Госмударственной Думы, отстрелянного впоследствии нашими спецслужбами. Мы зашли в туалет и в его увесистом свертке, под наш всеобщий хохот, оказалась кошачья мята. "Мы покажем этим грекам, где турки зимуют!" - заорал один хрен. "Мы заставим их вспомнить Херонею и Черных Полковников!" - подхватил я, и вся толпа с гиканьем и свистом помчалась к машинам. Должно быть, мы возвращались. Более того, я был уверен в этом. С трудом разлепив глаза увидел, что лежу на скамейке рядом с Кэмдэнским Каналом. Посмотрел на часы - шесть утра. Сквозь клочья тумана в двадцати метрах от меня на железной балке происходило откровенное "б**дство телят" с какими-то собачьими завываниями. Поднялся, пошатываясь, разрывая зубами воздух, побрел к лестнице на мост. "Доброе утро…" - сказал я, проходя мимо б**дства. "Умммм… На х**!" - ответила телята, которая была сверху. "И чтоб тебе на него сардинка клевала", - заметил я, делая свой первый головокружительный шаг по лестнице. Час ковылял до офиса в Кентиш Таун. Там судорожно пытались уничтожить следы ночного безумства гадов, которых уже давно занесло зыбучими песками майонеза. Душ не работал. Жена исчезла. Я выпил две оставшихся банки "МакЭванс", меланхолично наблюдая, как глава рекламной службы этого журнальчика самолично убирает оказавшееся у него на стуле дерьмо. Принял в рот паровоз от пробегавшего мимо сына хозяина издания, съел хлебец с сыром и отправился в тотализатор делать ставки на шесть футбольных матчей. Вернулся, редактировал до двенадцати какую-то херню, которая так никогда и не была в результате опубликована, потом вышел в ирландский паб, выпил две пинты, залил все текилой и снова пришел в свой рабочий закуток, где и просидел до конца дня, слушая Ленни Тристано, Диза и репортаж со стадиона "Уэмбли". Вечером я лежал в офисе на кожаном диване (я там не только жил, но и работал) с упаковкой пива. Машинально потянулся к книжной полке и рука достала "Страх и Отвращение"… Я наугад раскрыл книгу и наткнулся на главу про адренохром… "Мы отправимся в "Цирк-Цирк", посмотреть, что они там вытворяют с белым медведем…" И я читал, содрогаясь от внутреннего хохота, забрызгивая пеной себя и диван. Жене вставлял кто-то другой. Больше я ее никогда не видел, только слышал, когда ее мускулистый русский бойфрэнд, накурившись гашиша в Барселоне, спустя три с половиной года решил потребовать с меня деньги за развод, примерно как господин Бонасье, это с меня-то, королевского мушкетера!

- Как твой адвокат, я советую тебе сбавить обороты…

- Я не могу больше держаться, старый.

Да, хороший, судя по всему, "гаш" марроканцы перекидывают в Барсу с Ибицы, хотя с непальским и не сравнить. Мы шли с Уолласом из "Ковчега" в офис напротив через дорогу, в "Дом Зеленого Дракона". Я позвонил приятелю в Москву.

- Привет. Ты не знаешь, кто перевел "Страх и Отвращение" Томпсона?

- Да. Ты его и перевел.

- Я?

- Да. Ты помнишь, что переводил "Джанки" Уильяма Берроуза в 92-м?

- А-а, помню… Свяжись с ним.

- С Джанки, Берроузом или с тобой, идиот?

"Хо-хо, он пляшет как безумный. Тарантул укусил его", - пропел, пританцовывая рядом Уоллас. Через несколько дней в Лондоне начались странные события, связанные с деятельностью TRI ("Института Упорного Сопротивления"), основанного Уолласом и рядом других весьма осведомленных лиц международного артистического сообщества, призванного объединить обособленных творческих людей по всему миру и устроить небольшой Helter Skelter, связанный с оживлением статуй острова Пасхи. Впрочем, не будем пока забегать вперед. В результате "Издательский План" был отложен в долгий ящик на полтора года, Уолласу и многим другим пришлось бежать из страны дальше собственного визга, а точнее в Бразилию, в Австралию, Новую Зеландию, на остров Кайман, по проторенным дорогам старого доброго плана "Одесса", знакомые сотрудники Хоум Оффиса, теперь уже бывшие, основали в тюрьме новую рок-группу "ПиСиПи", а мне пришлось играть в баскетбол и на фортепиано в санатории для частных детективов из Ямайки и Экспертов по Анализу Криминального Оборота Рыболюдей из Общества Дагона. И все же издательский план, возникший в головах шумной, веселой компании собравшихся когда-то в Лондоне международных авантюристов, хастлеров, гэмблеров и джонсонов, докатился все же до России… Снежным комом с горы, обрастая друзьями и недругами, и впереди, на Великой Красной Акуле, мчались Доктор Хантер Томпсон, дегустирующий вытяжку из адреналиновой железы живого человека, и его толстый, бешеный адвокат Доктор Гонзо, сжимающий в руке охотничий нож. "Страх и Отвращение в Лас-Вегасе" открывает нашу, так сказать, "фармакологическую" серию. Этот роман давно уже стал неотъемлемой частью современной культуры, а вернее - рупором Нового Отношения, Обратного Кода, разбивающего все условности Открытого общества "Молчаливого Большинства", потребителей "семейных ценностей" и "наркотиков" иллюзорных понятий официальных институтов власти. Химический Взрыв мозга Хантера Томпсона в 1971-м затронул нервные окончания нескольких поколений молодежи. Вдохновляясь "Страхом и Отвращением" в бой против всей этой мрази Крестового Похода Наркоистерии двинулись с издевательским смехом полки новых охотников-мутантов, отважных исследователей Отдаленной Стороны Реальности, как писал Кен Кизи, и беспощадных истребителей тупорылых свиней, упорно лезущих не в свой огород. Кислотные Партизаны-Фрики атакуют конференцию Координационного Совета по Безопасности Личности - этот штурм тянется уже сорок лет, и будет тянуться до бесконечности, пока все Фрики не обретут свое Королевство. Там каждому накрыт свой "Голый Ланч", каждый пишет свой "Дневник Наркомана", у каждого на досуге свой "Трейнспоттинг", в шприце свой "Вирт", место прописки - "Интерзона", а вместо паспорта "Книга Каина". Не стоит задавать глупый вопрос, что общего между Томпсоном, Кроули, Берроузом, Уэлшем, Нуном и Трокки… Peel Slow and See… Медленно Очищай и Врубайся…  

P.S.

А вообще-то, братва, давайте забудем об этой х**не с Американской, Самоанской и Друидской Мечтами.

Главное - это Великая Монгольская Мечта!