Эссе
Займет времени ≈ 4 мин.


Декабрь 15, 2017 год
Иллюстрация: Тимоша Черничко
Про обязанность рожать
Про обязанность рожать

Вместе с ускорением времени меняется наполненность культуры, но её структура остается едва ли не прежней. И если она была таковой на протяжении веков, то с чего бы ей внезапно меняться сейчас. Сколько бы ни говорилось о женской эмансипации и накатывающих волнах феминизма, но для большинства людей одной из неопровержимых истин остаётся эта: «Женщина должна рожать».

На самом деле с аналогичным призывом к продолжению человеческого рода сталкиваются и мужчины. Но для них это по очевидным анатомическим причинам куда меньшая проблема. Хотя всё ещё проблема, а не рядовое действие. Что до женщины, то ей это требование диктуется уже с бессознательного возраста, и затем лишь сильнее и чаще.

Эта сверхценная идея аргументируется (скорее рационализируется) разнообразно и безапелляционно. Тем, что таково божественное или космическое предназначение женщины или некий её архетипический путь; без этого она просто не состоится как человек и будет остаток жизни мучиться от своего несовершенства. Об этом нам говорят крайне сомнительные источники, и в любом случае это уже предмет веры, причём веры других людей; но как это касается меня? Тем, что каждая не рожающая десяток детей женщина наносит непоправимый удар демографии страны и тогда её оккупируют многодетные захватчики, а то и вовсе человечество вымрет. Непонятно, почему я отвечаю за эту проблему; ну вымрет и вымрет, в общем-то. Наконец, просто тем, что если организм позволяет рождать детей, то это необходимо делать. Отступникам угрожают адскими муками, подобными агонии юного онаниста из викторианских брошюр. Можно подумать, что мой организм не подходит для хладнокровных убийств, но что-то никто этого не поощряет.

Иллюстрация: Тимоша Черничко

Список можно продолжить, и все эти высказывания будут смехотворны. И все они связаны с тем, что кто-то другой уверен, что лучше меня знает, как распоряжаться моим телом, в духе Фуко. В этом смысле тело мужчины в последнее время скорее обделяют вниманием, здесь культура ограничивается диктатом желаний и достижений. Тело женщины уже очень давно, если не с начала существования цивилизации, являлось объектом для самых разных притязаний властвующих сил. Объектом обмена, объектом желания, объектом наслаждения и объектом производства других людей. И на него продолжают посягать претендующие на власть силы, желая захватить и оплодотворить. Естественно, что чем сильнее эта тенденция в конкретной культуре, тем больше в ней говорят о запрете абортов, конечно, если этого запрета ещё нет.

Первыми и главными хозяевами тела являются его родители. Неразумные дети сами не знают, чего им пожелать, и живут безмятежно. Но чтобы устранить этот пугающий вакуум желания, матери и отцы с настораживающей и возрастающей настойчивостью требуют подарить им свежего ребёнка, когда прежний становится уже слишком стар. Они жаждут внука, как Иродиада жаждала головы Иоанна Крестителя. И конечно же, их дитя преподносит его на серебряном блюде.

Здесь речь идёт не об одном лишь контроле тела. Нельзя буквально заставить дочь родить, а если и возможно, то это уже область уголовного права. Идея в том, чтобы убедить женщину это сделать, а ещё лучше, чтобы она сама этого пожелала, копируя желание окружающих, потому что «все хотят». И если убеждение происходит на вполне сознательном уровне, то инфицирование желанием происходит помимо восприятия. Но зачем всем этим внезапно участливым наблюдателям переубеждать женщину?

Просто потому, что рожать нужно. Это непреложная данность. Это делают все, и никто не хочет, чтобы дорогой ему человек, а то и просто некий человек нарушил древние традиции. Ведь нарушение традиций грозит обществу распадом. А уж тем более таких фундаментальных, как залог дальнейшего существования этого общества, то есть его самовоспроизводство. Если инцест и поедание людей — это классические негативные табу с запретом на какое-то действие, то деторождение — это позитивное предписание, антитабу, которое необходимо делать. Отказаться от продолжения рода могут лишь сакральные фигуры вроде жрецов. Таким образом, каждая женщина, которая может продолжить род, но не делает этого, становится непосредственной угрозой, подобно цареубийце или каннибалу. Само её существование может ввергнуть общество в хаос, польются реки крови и брат пойдёт на брата. Так что её необходимо переубеждать и говорить, что она просто неправильно думает и ничего не понимает, раз уж у нас нет других рычагов давления. Не в монастырь же её отправлять, хотя это было бы уместной альтернативой.

Иллюстрация: Тимоша Черничко

Иногда и без убеждения всё происходит гладко, желание продолжить род становится частью субъекта. И тогда женщина уже принимает эту мысль как самоочевидную, а то и вовсе активно жаждет родить ребёнка, а то и не одного. Но если с небезразличными к судьбе сообщества другими людьми всё понятно, то зачем это потенциальным бабушке с дедушкой? То есть, те же причины всё ещё в силе, но явно есть что-то ещё в этой маниакальной жажде обрести внука.

Прежде всего, откуда берётся желание завести ребёнка у самого субъекта, если не считать заложенных в него культурой установок? Часто потому, что он хочет таким образом распространить и потенциально обессмертить себя. И потому, что через детей он мечтает воплотить желания, которые не смог исполнить самостоятельно. Ему нужна гарантия того, что его идеи и мечты будут существовать в бесконечности. Реальные же дети отнюдь не всегда соответствуют подобным замыслам. Это оказываются какие-то другие люди со своими собственными проектами. Но согласно магическим, то есть в основном бессознательным законам, преемственность всё ещё сохраняется, а значит, надежда есть.

И эта надежда снова напоминает о себе, концентрируясь в чаде следующего поколения, которое теперь-то уж точно станет новой инкарнацией своего прародителя. Именно поэтому, не имея в виду ничего такого, потенциальные дедушки и бабушки говорят, что женщине достаточно только родить, а дальше они уже сами будут нянчиться. Самое трагичное, когда это действительно происходит, потому что нет более чудовищных идей, чем те, что были заложены во внуков (а чаще внучек) их бабушками. Словно предчувствуя свою гибель и потому спеша, они заражают внуков радикальными и чуждыми установками, которые впоследствии разрушают жизнь их внуков, когда самих их давно уже нет в живых. по большому счёту, транслируемое ее родителем женщине желание иметь ребёнка — это просто повтор собственного аналогичного желания, которое не принесло должных плодов. Мать хочет, чтобы её непутёвая дочь забеременела ею самой. Возможно, того же желают и многие даже не связанные кровным родством случайные встречные, как знать.

Встречаются, конечно, и обратные варианты, когда матери и отцы, напротив, отказываются признавать детей своих детей и пытаются ограничить размножение ребенка. По понятным причинам, эти случаи нас здесь не интересуют, хотя они в принципе любопытны.

Иллюстрация: Тимоша Черничко

В итоге можно ратовать за рождение детей как факт; можно даже выступать против него, но суть всегда в том, кому принадлежит тело и власть над ним, а также кому принадлежит желание женщины. И если свобода имеет хоть какую-то ценность, то это и свобода в распоряжении собственным телом, будь оно мужским, женским или каким ещё. Беременность, роды и воспитание ребёнка — это невероятная ответственность и бремя, и далеко не все на самом деле способны его выдержать. А главное — не всем на самом деле это нужно.

Важно всегда понимать, кто именно хочет того, чего я желаю, а особенно когда дело всецело касается другого человека, которого даже ещё не существует. И одно дело – желать чего-то самому по своим личным соображениям, которые тоже могут быть не бог весть какими. Но другое дело слепо исполнять чужие желания и требования. Тем самым, возможно, обрекая на страдания себя и того другого, которого могло бы даже не быть, то есть он в принципе мог бы не страдать. Пусть даже всё будет отлично, но разве это тот случай, когда всё отдаётся на откуп случайности?

Я готов поверить, что если у всех сознательных людей будет всё меньше детей, то человечество выродится в «Идиотократию». Это допустимо, но мы этого никогда не узнаем. Но известно точно, что крайне плачевно быть тем, кто появился на свет просто потому, что так положено и «часики-то тикают». И столь же плачевно быть его матерью.